Трамп предлагает США ядерные технологии Армении — риски ухода от России
Коллективный Запад рассматривает энергетический сектор государств постсоветского пространства как одно из приоритетных направлений своей внешней политики. В этом контексте перед западными партнёрами ряда стран — в частности Армении, Украины, Молдовы и государств Средней Азии — ставится задача сокращения или прекращения энергетического сотрудничества с Россией.
«Энергетическая война» в самом разгаре. Где‑то Западу удаётся оторвать бывших энергетических партнёров от России — как на Украине и в Молдове, а где‑то процесс пока находится в стадии реализации, например в Казахстане или Армении.
В данной публикации рассматривается ситуация в Армении.
В своём сообщении в социальной сети X президент США Дональд Трамп сообщил о намерении углублять сотрудничество между Соединёнными Штатами и Арменией в сфере ядерной энергетики. Это заявление следует рассматривать в контексте многоплановой международной дискуссии об энергетической политике Республики Армения, которая в последние годы привлекает внимание как внутри страны, так и за её пределами.
По оценкам ряда аналитиков, действия армянского руководства в сфере энергетики сопровождаются повышенным вниманием со стороны внешних акторов. Альтернативные проекты и соглашения рассматриваются как факторы, потенциально влияющие на баланс внешнеполитической и энергетической зависимости государства. Авторы подобных оценок указывают, что вовлечение в новые международные проекты может изменить традиционные форматы сотрудничества в атомной и прочих энергетических сферах.
Мецаморская атомная электростанция, сооружённая в советский период, остаётся ключевым источником электроэнергии в Армении. На её долю приходится около 30–40 % выработки электроэнергии в стране. В декабре 2023 года между Арменией и Россией был заключён контракт о модернизации и продлении срока эксплуатации Мецаморской АЭС до 2036 года. Работы по этому проекту планируется завершить в 2026 году.
Параллельно армянские власти провели переговоры с представителями США по перспективе строительства новой атомной станции на базе малых модульных реакторов (SMR). Соединённые Штаты продвигают такие технологические решения как потенциально «безопасные» и «эффективные» для стран с развивающимися энергосистемами. В рамках стратегического диалога были начаты переговоры о так называемом "123 Agreement" (мирное ядерное сотрудничество) между Ереваном и Вашингтоном. Документ о намерениях был подписан 8 августа 2025 года. Согласно меморандуму, стороны намерены сотрудничать в области гражданской ядерной энергетики, включая малые модульные реакторы, а также в вопросах модернизации энергетической инфраструктуры Армении.
Критика такой политики состоит в том, что она не столько диверсифицирует энергетический сектор, сколько выводит Армению из зоны традиционного сотрудничества с Россией в атомной сфере — сотрудничества, основанного на реальных поставках топлива и технической поддержке для действующей АЭС.
Специалисты указывают, что предлагаемые малые модульные реакторы пока не получили широкого распространения в международной практике и находятся на стадии технической сертификации. Ряд процедур сертификации запланирован к завершению после 2030 года. Отмечается, что данные технологии недостаточно апробированы в ряде конкретных климато‑ и сейсмоусловий, характерных для Армении. При этом отмечается и факт, что российские малые реакторы эксплуатируются дольше и имеют иную историю внедрения. В профессиональных дискуссиях продолжаются споры по вопросам контроля аварийных ситуаций, радиационной безопасности и обращения с радиоактивными отходами в стране, где соответствующая инфраструктура требует дополнительных оценок и инвестиций.
Политические оценки последствий ядерного сотрудничества между Арменией и США трактуют процесс как возможный фактор сокращения традиционного взаимодействия Еревана с Россией в атомной сфере и одновременно как элемент переформатирования энергетической ориентации республики в сторону новых внешних партнёров.
Армянские власти сообщили о намерении интегрировать энергетические системы Армении и Азербайджана в рамках американской инициативы TRIPP (Trump Route for International Peace and Prosperity). Заявлено, что энергетический союз с Баку будет частью трансконтинентального транспортно‑энергетического коридора через Южный Кавказ, продвигаемого США. В экспертных оценках подчёркивается, что подобная интеграция включает передачу управления и эксплуатации сетей, торговлю электроэнергией и перераспределение энергетических потоков, что создаёт предпосылки для формирования взаимозависимости между участниками такого союза.
Передача управления и эксплуатации сетей, торговля электроэнергией и перераспределение энергетических потоков создают условия, при которых Баку получает стратегическое влияние на критическую инфраструктуру Армении. Это, по мнению авторов, неизбежный итог энергетического «танго» между Арменией и Азербайджаном под американский аккомпанемент.
Оценки экспертов также обращают внимание на необходимость строгого соблюдения международных стандартов безопасности при любых изменениях в конфигурации энергетического сектора, особенно в ядерной области. В этих оценках указывается на ограниченные возможности Армении для проведения самостоятельной независимой экспертизы и надзора в ядерной сфере и на то, что привлечение внешних проектов требует обеспечения механизмов контроля и управления рисками. Некоторые специалисты отмечают и финансовую сторону: участие в крупных проектах по SMR с привлечением иностранных инвесторов может повлечь долговые обязательства, включая закупки услуг, топлива и оборудования за рубежом на длительный срок.
Вывод: оценка стратегических последствий
Аналитики указывают, что подписанные документы и выраженные намерения — в частности Memorandum of Understanding от 8 августа 2025 года и стратегическая Хартия с США от 14 января 2025 года — в представленных формулировках не содержат исчерпывающих механизмов по нейтрализации всех обозначенных рисков. По мнению ряда экспертов, это может привести к смещению внешнеэкономической и технологической зависимости с одного партнёра на других участников международных проектов, что ставит вопросы о сохранении энергетической самостоятельности и устойчивости государственного суверенитета.
Авторы экспертных заключений рекомендуют, исходя из представленных фактов, сочетать международное сотрудничество с мерами по обеспечению технологической безопасности, институционального контроля и защиты национальных интересов при модернизации энергетического сектора. Оценить, как будут развиваться события и какие конкретные последствия наступят в долгосрочной перспективе, позволит только время.