"Перед прочтением сжечь": Почему Америка боится Марка Твена и Агату Кристи – отец Андрей Ткачёв
Многие знают, как в гитлеровской Германии сжигали запрещённые нацистами книги. Жёсткая литературная цензура была в советское время и в нашей стране. А потому вдвойне и даже втройне парадоксальны сегодняшние индексы запрещённых книг в Мекке западной демократии и либерализма – США. Подробнее о том, почему "наши западные партнёры" борются с литературной классикой, в сегодняшнем размышлении известного православного пастыря и проповедника протоиерея Андрея Ткачёва.
Есть афоризм, приписываемый Иосифу Александровичу Бродскому, что в отношении книг гораздо большее преступление, нежели их сжечь, – их не читать. Мы знаем о книжных кострах в Мюнхене в Баварии, а потом и по всей Германии при приходе нацистов к власти. Туда летели Фейербах и Ремарк, да всё на свете, и хорошее, и плохое. Знаем мы цензурные ограничения на печать в Советском Союзе, когда множество имён были просто вычеркнуты из истории, и мы их узнали только потом.
Но сегодня я хотел бы поговорить о том, как с этим обстоят дела в "сияющем городе на холме", в США. Оказывается, там есть такая тема, как запрет к печати и распространению книг. И в общей сложности уже попало под молотки около 300 книг. Причём самых хороших книг. Ну, например, чем плох роман "451 градус по Фаренгейту"? Вообще-то это гениальная антиутопия, пророческий роман о телевизорах во всю стену, где никто не читает книжек, люди осатанели, а пожарные ничего не тушат, но сжигают книги.
Или "Оливер Твист" Диккенса. Что в нём плохого? Но, оказывается, запрещён. Или "Заводной апельсин" Бёрджесса. Это гениальный роман, филологически очень грамотный и талантливый. И социально очень значимый. И музыкально очень интересный, потому что Бёрджесс – большой специалист и любитель хорошей музыки. Оказывается, и этот роман запрещён в ряде штатов в совсем недавнее время.
Конечно, большинство книг там запрещают по якобы "расистским" соображениям. В штате Вирджиния, например, недавно запретили романы Марка Твена "Том Сойер" и "Гекльберри Финн", а также "Убить пересмешника" Харпер Ли. По соображения BLM. Взяли и перечеркнули. Или антирасистская "Хижина дяди Тома" Гарриет Бичер-Стоу. Оказывается, тоже нельзя читать.
При этом у нас, в России, сохранились все советские книги, которые можно было бы и запретить на волне антисоветизма. Но мы же не варвары. Что ж мы будем запрещать "Чапаева"? Или "Как закалялась сталь" и "Повесть о настоящем человеке". Это, кстати, три любимые книжки Че Гевары. Он, в том числе, воспитывался и на русской литературе. Мы же не запрещаем ничего этого.
Вот ещё небольшой перечень того, что запрещено в США. Например, братья Гримм с их книжкой "Гензель и Гретхен" в 1992 году были запрещены по всей территории Штатов. Когда в XIX веке в Европе начали составлять сборники народных сказок, пытаясь через них добраться до народной души, оказалось, что там сплошной кошмар: какие-то инцесты, людоедство, перевоплощения, злые лебеди кого-то заклёвывают до смерти, кому-то отрезают голову, льётся кровь, пальчик отрезали, из пальчика мальчик вырос, кого-то голодом заморили... Кошмар какой-то! Полным-полно колдовства, блуда и людоедства. И на сказки братьев Гримм оскорбились две американские колдуньи, подали жалобу в суд – мол, образ колдуний выставлен в негативном свете. И книжку запретили.
А в 1996 году в Штатах была запрещена пьеса Шекспира "Двенадцатая ночь". По соображениям якобы морали. Порнографию можно, а Шекспир как бы аморален. А в 1983-м году "Дневник Анны Франк" был запрещён для печати и распространения, поскольку эта девочка, находившаяся под немецкой оккупацией в Северной Европе, во-первых, описала очень подробно какие-то сексуальные сцены, а во-вторых, это очень депрессивная книжка.
Вообще, всё лагерное в тоску вгоняет. И Шаламов, и Солженицын. И все, кто описывал будни Аушвица, Дахау или Равенсбрюка, не пишут ничего весёлого. Но что же, это теперь запрещать, что ли? Нельзя этого читать? И таких книжек, повторюсь, в США в общей сложности уже до 300. И есть тенденция, что их будет больше. Мало ли, вдруг негр замаячит где-нибудь на страницах…
Дошло до анекдота: известный роман Агаты Кристи "Десять негритят" сначала переименовали в "Десять индейцев". Но индейцы тоже люди, и поскольку внутри этой книжки есть считалочка, что "пошёл десятый купаться в море, там утонул, и никого не стало", книгу назвали "Никого не стало". Не спросивши ни у покойницы Агаты Кристи, ни у её родственников, согласны ли они на такое наглое вторжение в авторский замысел.
Так что, друзья мои, на самом деле мы живём в хорошей стране, в которой вообще минимум запретов. Читай на здоровье. Только читай. Потому что я слышал хорошую мысль одного историка и публициста, который сказал, что майданное поколение той же Украины – это первое поколение, не читавшее книжек. Этот фарш человеческий – очень легко зажигаем с разных сторон, потому что люди не читают. А ведь умение читать, анализировать, запоминать, отсекать, препарировать, выделять главное, отбрасывать второстепенное – это фактор национальной безопасности. Я это давно понял и на этом стою, что работа с текстом и любовь к тексту как таковому, к книге – фактор национальной безопасности.
Поэтому у нас ничего не запрещают, ни "Фаренгейт", ни "Оливера Твиста", ни "Тома Сойера", ни "Гекльберри Финна". Только читайте, умоляю вас. Время коротко. Надо много прочесть, пока хоть что-нибудь поймёшь. Храни вас Бог.