Русский Ким Ен Ун объяснил, как Ким Чен Ын может спастись и спасти Дальний Восток

Царьград: В чём состоит значимость встречи Владимира Путина и Ким Чен Ына? Ким до этого встречался с Трампом, теперь встречается с Путиным. Что ему может предложить Путин, чего не может предложить Трамп?

Ким Ен Ун: Между лидерами России и КНДР восемь лет не было встреч, а это ненормально, с соседями надо контактировать. С учётом того, какое значение Корея имеет для Дальнего Востока, России там нужно присутствовать. За последние годы мы довели наше экономическое присутствие в Северной Корее до самых низких значений. В прошлом году товарооборот составил лишь 35 миллионов долларов. Поэтому сейчас прежде всего надо обсуждать вопрос о расширении нашего экономического сотрудничества. Не случайно Ким Чен Ын в свою свиту включил заместителя председателя Трудовой партии Кореи, человека, отвечающего за экономику.

Ц.: Но Россия же ввела санкции против Северной Кореи в рамках резолюций СБ ООН?

Ким Ен Ун: Надо искать возможности для развития торговли между нашими странами. Есть много товаров, которые не вошли в санкционный список. Некоторые санкции в своё время были наложены на Северную Корею из-за взрывов, ядерных испытаний и ракетных пусков. Они уже полтора года не проводятся. Так что Пхеньян надо как-то поощрять за то, что они выполняют решение Совета Безопасности. Нужно снять санкции, которые касаются здоровья, условий жизни, детей.

Плюс к этому Северная Корея могла бы, поставляя за границу минеральные ресурсы, заработать деньги, на которые можно купить недостающие полмиллиона тонн продовольствия и зерна в год. Северной Корее не дают заработать. Ей запретили поставки угля, металлургической продукции, магнетитов, золота и серебра.

Ц.: А что Вы думаете о северокорейских рабочих? Они нужны России?

Ким Ен Ун: К 20 декабря, в соответствии с резолюцией СБ ООН – причём мы сами же за неё голосовали, – Россия должна выслать всех северокорейских рабочих. На Дальнем Востоке их насчитывается примерно 35-40 тысяч. В пределах всей страны это очень небольшое число. Но если учесть, что на Дальнем Востоке население всего шесть миллионов и оно сокращается, то для Дальнего Востока это ощутимая рабочая сила. Тем более что северокорейцы – очень дисциплинированные и квалифицированные, особенно строительные, рабочие. В отличие от рабочих из Таджикистана и Киргизии.

Я ничего не имею против киргизов и таджиков как людей. Но когда люди, выросшие в деревне, плохо знающие русский язык и не обладающие квалификацией, приезжают к нам на Дальний Восток и нанимаются на стройки, о каком качестве строительства можно вести разговор? А вот северокорейцы делают качественную работу. Можно было бы также подумать о совместном развитии рыболовства. В Северной Корее ведь не хватает горючего, чтобы они в окрестностях своего государства могли ловить рыбу, поставки нефти ограничили. Россия могла бы решить эту проблему.

Ц.: Каковы основные геополитические последствия встречи Путина и Кима? В США очень пристально следят за саммитом во Владивостоке.

Ким Ен Ун: Ким Чен Ын сказал, что его интересуют вопросы безопасности на Дальнем Востоке и снижения напряжённости. Россия будет поддерживать предложение Северной Кореи о поэтапном решении корейского кризиса. Северяне один шаг уже сделали – пусть теперь американцы идут навстречу. Этот вариант совпадает с инициативами России. 4 июля 2017 года мы предложили дорожную карту, и пока что сценарий идёт по этой дорожной карте. Приостановлены американо-южнокорейские учения, и одновременно отменяются ядерные испытания. Плюс к этому Россия предлагала встретиться лидерам КНДР и Южной Кореи. Они пока договариваются. Но наткнулись на противодействие США, которое вызвано либо внутриполитическими причинами, либо же нежеланием Вашингтона решить корейскую проблему.

Фото: www.globallookpress.com

Ц.: Что может Россия сделать для решения корейской проблемы?

Ким Ен Ун: Может быть, стоит предложить четырёхстороннюю встречу: Россия – Китай – Южная Корея – Северная Корея. Плюс к этому мы проводим совместные учения с Южной Кореей. Контактируем с Японией. И это притом что Южная Корея – союзник Соединённых Штатов Америки, а Япония плюс к этому ещё имеет к нам территориальные претензии. Если завтра вдруг, не дай бог, начнётся война между Россией и Америкой, на чьей стороне будет Южная Корея?

Ц.: Явно не на нашей...

Ким Ен Ун: Армия Южной Кореи находится под командованием американского генерала. А Северная Корея никаких претензий к нам не имеет, никогда против нас не выступала и всегда защищала нас в ООН. Почему мы не можем с ней иметь какое-либо военное сотрудничество? Естественно, это не был бы военный союз. Северная Корея входит в движение неприсоединения. И она, так же как и Китай, принципиальный противник военных блоков. Но сотрудничать никто никому не запрещал. Решение ядерной проблемы Северной Кореи потребует – если они договорятся с Америкой – участия в этом процессе других международных сил, в частности бывших участников шестистороннего движения.

Ц.: Если Белый дом пойдёт на мирный договор с КНДР, может ли Ким рассчитывать на честность со стороны Вашингтона?

Президент США Дональд Трамп. Фото: www.globallookpress.com

Ким Ен Ун: В одностороннем порядке Северная Корея верить не будет. Потому что сегодня – Трамп, а в следующем году выберут другого президента. И он скажет: «Всё что угодно, только не то, что делал Трамп». В Америке есть такое выражение «everything but not Obama» или «everything but not Trump». Трамп именно так действует. А Обама в своё время пришёл к власти и говорил: «Всё что угодно, только не то, что делал Буш». А Буш говорил то же самое про Клинтона. Где гарантия? По этой причине нужны международные гарантии. И мы могли бы выступить здесь гарантами. Проблема заключается в другом. Соединённые Штаты Америки не хотят конца решения этой проблемы. Потому что им выгодно наличие пугала (в лице Ким Чен Ына. – Прим. Царьграда).